ФЭНДОМ


Щербаков

Павел Васильевич Щербаков

Павел Васильевич Щербаков (19 октября 1954 года, Красный Сулин, Ростовская область, РСФСР, СССР) — советский и российский биофизик. Основоположник идеи клатратного анабиоза [1]. Пионер клатратной криоконсервации [2]. Впервые в соавторстве со специалистами разного профиля экспериментально обнаружил и теоретически обосновал, что биологические объекты, насыщенные способными к гидратообразованию компонентами воздуха земной атмосферы в условиях низких температур и повышенного давления остаются в жизнеспособном состоянии, в свете чего находит объяснение парадоксальное сохранение жизнеспособности бактерий, попавших в ледники Земли миллионы лет назад и гипотеза панспермии о первичном осеменении Земли из космического пространства [3]. Разработал с коллегами оригинальную методику клатратной криоконсервации биологических объектов и осуществил её на практике [4]. Неизвестное ранее науке проявление жизнеспособности в авторской интерпретации получило имя собственное «клатратный анабиоз» (от clathratus — загороженный и от anabiosis — оживление) [2]. Данная научная находка инициировала резкий всплеск исследовательской активности по клатратной тематике применительно к криобиологии [5]. В настоящее время достоверность совершенно нового вида анабиоза уже подкреплена рядом успешных независимых исследований. Первым из учёных добился 100 % оживления высших млекопитающих после их охлаждения до 0°С вообще без использования каких-либо термоблокаторов [6] [7]. Непримиримый критик концепции крионики, выдвинутой Робертом Эттинджером (Ettinger R. The prospect of immortality.1964.), обосновал её полную несостоятельность [8]. Показал, что выход из создавшегося критического положения возможен только в том случае, если старая крионика за счёт полезной трансформации преобразуется в совершенно новую нанокрионику, основанную на использовании газовых гидратов и их сочетания с обычными криопротекторами, чем стимулировал широкий интерес к данной проблеме самих крионицистов, хорошо понимающих антинаучность своего направления. Главный фигурант научного скандала в борьбе за приоритет по применению клатратных криопротекторов относительно низких температур, впервые инсинуированного сотрудником Алькор Сергеем Шелегом, развенчал созданный им научный миф о причастности американского писателя Роберта Прегоды и советских исследователей Родина В.В. с Волковым В.Я. к пионерам клатратной криоконсервации [9]. Участник крупномасштабного биомедицинского проекта по клатратной криоконсервации, выполняемого под эгидой Фонда перспективных исследований (ФПИ)[10] [11]. Самодеятельный писатель–футуролог, опубликованный на Проза.ру (литературный псевдоним Пол Че) [8]. Один из создателей организации «Антарктический Союз», член Координационного совета Антарктического Союза, автор идеи освоения антарктического пространства для постоянного места жительства (ПМЖ) и крионических целей на основе клатратного анабиоза, духовный лидер и идейный вдохновитель Ледовой конкисты (La conquista del Antartico)[12].


Биография

Павел Васильевич Щербаков родился на Дону 19 октября 1954 года в городе Красный Сулин Ростовской области в семье офицера Советской армии.

В 1972 году окончил среднюю школу № 1 в посёлке Угольные Копи Чукотского автономного округа.

С 1972 года по 1974 год проходил срочную службу в рядах Вооружённых Сил СССР в составе морской пехоты Черноморского флота ВМФ СССР в городе Севастополь.

В 1981 году окончил дневное отделение Московского авиационного института (МАИ) — факультет «Двигатели летательных аппаратов» кафедру 208 «Электроракетные двигатели, энергетические и энергофизические установки».

В 1981 году распределился в научно-исследовательский институт тепловых процессов (НИИТП) — ныне Исследовательский центр имени М.В. Келдыша.

В 1985 году зачислен в московскую научно-исследовательскую лабораторию академика АМН СССР Кованова В.В. [13] при ВНЦХ (Всесоюзный научный центр хирургии АМН СССР) [14] — ныне ФГБУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» РАМН, где впервые и выдвинул научную идею о существовании в природе клатратного анабиоза.

Лаборатория криоконсервации и гипобиоза

Лаборатория криоконсервации и гипобиоза ИБК РАН Пущино. Слева направо: Фесенко Е.Е. (младший), Аверин А.С., Щербаков П.В., Тельпухов В.И.

С 2015 года участник совместного проекта Фонда перспективных исследований (ФПИ) и ФГБУ Институт биофизики клетки РАН (ИБК РАН) Пущинского научного центра РАН как действующий сотрудник Лаборатории криоконсервации и гипобиоза, созданной специально под программу ФПИ — для реализации сразу двух биомедицинских проектов, разрабатывающих одновременно технологии клатратной криоконсервации тканей и органов и искусственного гипобиоза целостного организма.

Научная деятельность

Кованов В.В.

Академик Кованов В.В.

Павел Щербаков в период своей работы в академической группе В.В. Кованова вместе с коллегами ввёл в медико-биологический лексикон понятие «газовые (клатратные) криопротекторы» и тогда же впервые применил эти вещества на практике для защиты биообъектов от холодового поражения в диапазоне низких температур [2]. Разрешив тем самым окончательно злободневную проблему существования в природе нового типа защитных веществ. Ведь начиная ещё с 1960 годов, многие экспериментаторы США неожиданно для всей мировой научной общественности стали вдруг один за другим демонстрировать успешную консервацию биологических объектов, помещаемых в условия слабоположительных температур и повышенного давления (Lyons G.W., Dietzman R.H., and Lillehel R.C. [15]; Rassat J.P. and Haxne I.I. [16]; Groenewald I.V., VanZybI I.W., Weber H.W., Murphy G.P. [17] and others). Все они отмечали хорошие результаты после 24-часовой гипотермической консервации почки в условиях гипербарии инертными газами — Lyons G.W. в 1966 году, Rassat J.P. и Haxne I.I. в 1967 году, Groenewald I.V. в 1969 году. Успешную, уже 8-дневную консервацию крысиных почек в условиях глубокой гипотермии 2°С и гипербарии ксеноном в 3 атм провёл в 1970 году ещё один гражданин США Ruile K., а следом за ним и Валерий Иванович Шумаков (1931 — 2008) удачно консервировал почки собак также в течение 8-дней — в условиях гипотермии (2 – 4)°С и гипербарии аргоном в (1,5 – 2,0) атм [18].

Предполагалось, что данный парадоксальный эффект, наблюдаемый при положительных околонулевых температурах, происходит благодаря незначительному снижению метаболизма за счёт иммобилизации некоторого количества клеточной воды — путём образования отдельно-разбросанных по объёму клетки льдоподобных микроструктур гидратов тяжёлых инертных газов (к этим газам относятся аргон, криптон, ксенон, радон). Уже существующая тогда теория о консервирующем действии микрокристаллогидратов, на которую опирались ставшие неожиданностью для всего мира данные экспериментальные разработки, была выдвинута ещё до всех этих событий — в 1961 году американским учёным Лайнусом Карлом Полингом (1901—1994), и базировалась она на допущении, что раз вода в норме служит средой для протекания биохимических процессов в клетке, то её иммобилизация в виде строительства микроостровков из клатратных образований должна была бы несколько снижать клеточный метаболизм [19]. А что во время процесса гидратообразования в данном слабоположительном диапазоне температур часть биологически активной клеточной воды всё-таки выводится из биохимических взаимодействий способом так называемого «замораживания» (как это происходит при обычном льдообразовании в минусовых значениях) — в дальнейшем, действительно нашло своё экспериментальное подтверждение в опытах советских учёных Волкова В.Я. и Родина В.В. [20]. Со временем пришло понимание, что уже само по себе снижение содержания свободной воды в клетках является физико-химической основой перехода ко всем известным к этому времени трём видам анабиоза, в частности — к криоанабиозу сути криоконсервации [21].

К сожалению, пока то была всего лишь консервация органов животных, выполненная оригинальным способом при небольших положительных температурах. Ни о каком анабиозе во всех этих рассматриваемых случаях вообще не могло быть и речи, так как большая часть биологически активной воды при пониженных (около нуля градусов) температурах всё ещё оставалась в жидком состоянии, из-за чего биохимические процессы в клетках продолжали протекать самым активнейшим образом. Криоконсервация признаётся таковой лишь только тогда, когда сохранение биоматериала осуществляется именно при низких температурах — сохранение же биообъектов при пониженных температурах традиционно не относят к криоконсервации. Но даже по результатам тех самых первых опытов по гипотермической консервации органов, предварительно насыщенных клатратообразующими газами, стало понятным, что наиболее перспективным в этом плане из всех инертных газов должен был стать именно ксенон — в силу его лучших среди тяжёлых инертных газов физико-химических характеристик (радиоактивный радон авторами экспериментального прорыва намеренно не рассматривался).

Самое главное заключалось в том, что участники исторических исследований обнаружили у перечисленных газовых клатратообразующих веществ явные криопротекторные признаки наиболее ярко-выраженные у ксенона. Но оказалось, обнаружили повторно, так как впервые криопротекторный эффект инертных газов был замечен в 1941 году советским учёным Лазаревым Н.В., который показал, что при пониженных температурах и небольших давлениях в среде инертных газов задерживается скисание молока и гниение мяса [22]. Американцы же своими уникальными экспериментами ещё раз подтвердили, что биологические объекты под защитой этих необычных газовых протекторов достаточно продолжительные сроки остаются неповреждёнными (в случае с почкой, взятой ими за основу в качестве экспериментальной модели — вплоть до восьми дней !), что совершенно необычно для данного диапазона температур. Вообще самый первый криопротектор, а им оказался уже хорошо известный глицерин, был открыт в 1912 году российским ботаником-физиологом Николаем Александровичем Максимовым (1880—1952), причём также при слабоположительных температурах [23].

Прегода Р.

Писатель Роберт Прегода

Таким образом, ещё в 1960-е годы стало понятным, что протекторы нового типа и прежде всего ксенон когда-то в будущем смогут работать подобно обычным их аналогам (глицерин, диметилсульфоксид, этиленгликоль, пропиленгликоль и др.) — при низких температурах (величины от 0°С и ниже, вплоть до –196°С). Оптимизм в этом вопросе был вполне обоснован, так как базировался на демонстрации успешных опытов с тем же глицерином: впоследствии как выяснилось, он оказался универсальным криопротектором — эффективным для диапазона слабоположительных температур и для значений уже существенно ниже 0°С.

Именно в свете всех этих научных наработок американский писатель Роберт Прегода в своей книге научно-публицистического содержания «Анабиоз», написанной ещё в 1969 году, (но как можно заметить всё-таки позднее, чем вышеприведённые прорывные источники) и сделал предположение, что криопротектором будущего станет ксенон [24]. Являясь профессиональным популяризатором науки, Прегода был хорошо осведомлён о достижениях своих передовых американских соотечественников (со многими из них даже знаком лично) и ретранслировал популярным языком сенсационные научные успехи широкой публике.

Низкотемпературная барокамера

Низкотемпературная барокамера

Несмотря на понимание проблемы, никто из исследователей не перешёл тогда к низкотемпературным экспериментированиям с биологическими объектами, предварительно насыщенными инертными газами. Павел Щербаков и его товарищи по академгруппе Кованова ни только впервые назвали такие газовые вещества «газовыми криопротекторами» (после испытания их при низких температурах — благодаря чему и был обнаружен в природе клатратный анабиоз), но продемонстрировали, что данный вид анабиоза проявляет себя именно при низких температурах [4].

Так как командой Кованова в качестве экспериментальной модели было выбрано сердце крысы in situ («на своём месте»), то преддверием клатратного анабиоза данного органа должна была стать глубокая гипотермия всего организма. Поэтому перед исследовательской группой возникла острая необходимость отработать методику предварительного обратимого захолаживания животного вплоть до 0°С. Хотя некоторые другие учёные-биологи и предполагали, что во время экспозиции организма млекопитающего в проточной ледяной воде, гипотермия за счёт лучшего теплосъёма с его поверхности будет развиваться более интенсивно, чем в погружной ванне с непроточной ледяной водой, когда между телом животного и окружающим его неподвижным хладагентом образуется тонкая прослойка из нагретой воды (так называемое «тепловое одеяло»), которая и препятствует тепловым потерям из организма в окружающую среду. Тем не менее, метод принудительной конвекции никто из иных исследователей в своих экспериментах по гипотермии до академической группы вообще не применял — в силу определённых причин, связанных в том числе и с незнанием большинством биологов основ теплопередачи. Таким образом, впервые в мировой экспериментальной практике для целей эффективного охлаждения и согревания подопытного животного был предложен обычный лабораторный ультратермостат.  

Принудительная конвекция

Принудительная конвекция

А потому одновременное охлаждение (согревание) сразу всей поверхности высшего млекопитающего, в том числе и головы животного, именно проточной ледяной (тёплой) водой стало инновационным прорывом в области гипотермии [6] [7]. — Благодаря принудительной (искусственной) конвекции, вызванной работой перекачивающего насоса ультратермостата, Павлу Щербакову с коллегами удалось значительно улучшить теплоотдачу по сравнению с общепринятым классическим охлаждением (согреванием) животного в погружной ванне с непроточной ледяной (тёплой) водой. Но всё же только применение оригинальной интубационной трубки собственной конструкции при проведении искусственной вентиляции легких мелких лабораторных животных (крыс), находящихся полностью в подводном положении, позволило осуществить глубокую гипотермию в условиях продолжительного многочасового эксперимента. Данная методика, основанная на использовании специально разработанного уникального устройства для дыхания в погруженном состоянии под проточной водой, позволяет уже сегодня перенести подобные опыты на крупные организмы, в том числе и на человека.
Краник

По сути уже готовая интубационная трубка, которую использовали в лаборатории В.В. Кованова для проведения искусственного дыхания крысы, находящейся в подводном положении — в виде стандартного трехходового инфузионного крана (осталось только установить спереди эндотрахеальную трубку, а также сделать капиллярное сужение на боковом отведении)

При таком техническом решении проксимальный конец интубационной трубки соединён с выходным шлангом аппарата для искусственной вентиляции легких, а дистальный конец выполнен в виде съёмной эндотрахеальной трубки, вводимой в трахею животного через голосовую щель. Непосредственно на интубационной трубке, между проксимальным и дистальным её концами, расположен перпендикулярный отвод под шланг уже для выдыхаемого воздуха, с капиллярным отверстием внутри его просвета. Данное дроссельное отверстие может находиться или на самом этом отводе из интубационной трубки, или же быть на конце присоединённого к нему шланга для выдыхаемого газа, но расположенного при этом обязательно над поверхностью водяного зеркала. Диаметр эндотрахеальной трубки — это укороченные, или пластиковый венозный катетер, или же металлическая венозная игла, с наружными диаметрами 2,5-3 мм длиной 3-5 см и затупленными кончиками — желательно подбирать как можно более соответствующим поперечному размеру трахеи конкретной крысы. Но даже в случае применения эндотрахеальной трубки меньшего диаметра, утопления животного при ИВЛ под водой всё равно не происходит. Дело в том, что при проведении искусственной вентиляции лёгких по открытому контуру непосредственно под водой, именно благодаря дроссельному отверстию на отводе или же на присоединённом к этому отводу шланге, давление во всей пневматической системе «аппарат ИВЛ — лёгкие животного», а значит и на выходе из самой эндотрахеальной трубки всегда превалирует над внешним давлением, создаваемым 10–15 сантиметровым столбом воды над крысой, погружённой на дно гипотермической камеры. Поэтому, омывающий животное хладагент (вода) в коаксиальный промежуток между заинтубированной эндотрахеальной трубкой и трахеей животного вообще не проникает.

Глубокая гипотермия крысы по Щербакову П. В

Глубокая гипотермия крысы по Щербакову П. В.

Обратимая глубокая гипотермия высшего млекопитающего (крысы) по методике Павла Щербакова [основана на принудительной (искусственной) конвекции, вызванной работой перекачивающего насоса ультратермостата] была успешно повторена в 2015 году — в Институте биофизики клетки (ИБК РАН) Пущинского научного центра РАН. На видиоролике, снятом самими сотрудниками ИБК, демонстрируется один из таких опытов. Данный эксперимент проводит сотрудник Лаборатории криоконсервации и гипобиоза Аверин А.С. со своим ассистентом.  

Конфликт с Алькор

Академгруппа Кованова

Молодая часть академгруппы Кованова

Крионика по мысли Павла Щербакова и других учёных из группы академика Кованова оказалась совершенно несостоятельна, так как для её осуществления должны применяться только криогенные температуры не выше -196°С (ведь считается, что последние остатки свободной жидкой воды в клетке замерзают именно при этой температуре). Но при глубоком замораживании крупных тел биологической природы, к которым относятся и тела людей, механические повреждения в данном биоматериале всё равно неизбежны — от воздействия самих этих низких температур, способствующих появлению в биообъекте значительных температурных градиентов и как следствие существенных градиентов давления, ведущих к нарушению целостности замораживаемого объекта.

Отец крионики Роберт Эттинджер, автор тенденциозной концепции об отправке в будущее трупов людей и животных, зафиксированных в жидком азоте, с целью их последующего оживления (Ettinger R. The prospect of immortality.1964.), в самом начале своей активной деятельности на этом поприще сделал ставку на самый настоящий волюнтаризм («борьба личности с обстоятельствами»), так как уже тогда хорошо было известно, что связанная с крионикой конкретная практическая деятельность абсолютно не согласуется с объективными законами природы — постулат о невозможности замораживания крупных объёмных тел биологического происхождения, без наличия в них как следствие вообще каких-либо повреждений, отвергается всеми адептами крионики.

Р. Эттинджер

Роберт Эттинджер

Такой радикальный подход, неприемлемый в академических сферах, всё же позволил американскому авантюристу от науки в процессе становления своей революционной философской идеи, начать строить самые радужные прогнозы о возможном восстановлении в отдалённой перспективе личности, заключённой в уже подвергшуюся лавинообразному распаду биологическую оболочку умершего человека — после того как его полностью заморозят в жидком азоте и зафиксируют таким экстравагантным способом на десятилетия, а то даже и на века.


«Получение состояний искусственного криобиоза у теплокровных организмов (и человека) становится реальностью XXI века и открывает большие перспективы как для медицины, так и для решения комплекса проблем относительного бессмертия. Времена спекулятивных обещаний крионических клиник, использующих глицериновые криозащитные растворы и проводящих замораживание человека при температурах жидкого азота, можно надеяться, прошли безвозвратно»

(Н.Н. Тимофеев) [25]


Павел Щербаков впервые показал, что продолжение развития концепции патриарха крионики именно на основе клатратного анабиоза поможет вывести полностью дискредитированное на сегодня направление из глубочайшего кризиса, в котором оно пребывает [8].

Эксперимент в академгруппе

Эксперимент в академгруппе Кованова

Сразу после появления в СМИ самых первых сенсационных упоминаний о работе московских экспериментаторов непосредственно с криопротекторами нового типа, авторы клатратной криоконсервации оказались в центре пересечения многих научных и комерческих интересов. Как это обычно и бывает в таких случаях, оголтелая критика в их адрес, звукчащая поначалу со стороны всех криобиологов, резко сменилась мягкой риторикой тех же бывших оппонентов, в конце концов, перешедшей в ожесточённую борьбу за лидерство в данной области. Как не удивительно, но даже и с самими авторами данной находки. Перспективы новейшего направления привлекли внимание исследователей со всего мира своими многообещающими потенциальными возможностями, в том числе и коммерческого плана.
Сергей Шелег

Сергей Шелег

Одним из таких заинтересованных деятелей выступил новый американский гражданин советского происхождения Сергей Шелег (Sergey Sheleg [SSH]), представитель Алькор (Alcor Life Extension Foundation) — некоммерческой организации, мирового лидера в области крионики (США). Он обратился к Павлу Щербакову и его товарищам по бывшей академгруппе с просьбой поделиться накопленной информацией, предлагая взаимовыгодное сотрудничество.

От имени Алькор через Шелега оставшимся после распада СССР ветеранам ушедшего в небытие научного подразделения Кованова было сделано заманчивое предложение о продолжении совместных исследований по данной теме, с последующей публикацией полученных материалов в солидных американских научных журналах. В связи с такой перспективной договорённостью Шелег стал получать как благодарную отдачу неограниченный консультационный доступ на стороне российских учёных по любым теоретическим и технологическим аспектам продвигаемого ими совместного проекта. Но камнем преткновения стало амбициозное требование к россиянам отказаться от своего приоритета в пользу Алькор.

Теплоиз камеры - копия

Криобарокамера для крысы

Отрицательный ответ от Павла Щербакова и его коллег на такую постановку задачи, вынудил Шелега попытаться как-то завуалировать российские достижения и вообще не упоминать их в своей будущей работе, основанной на позаимствованных у россиян идеях [9]. Пальма первенства в данной области по замыслу интригующего представителя Алькор должна была перейти к малоизвестному сегодня популяризатору прошлой науки писателю Роберту Прегоде. Что имело целью поставить под сомнение авторитет российских учёных из группы Кованова в глазах всей научной общественности и таким коварным способом аннулировать их приоритет относительно клатратной криоконсервации.
Научно–популярная книга Роберта Прегоды «Анабиоз»

Научно–популярная книга Роберта Прегоды «Анабиоз»

Российские оппоненты на выпады из-за океана остались при своём твёрдом мнении, подразумевающем, что ссылаться с какими-либо строго научными целями на обычную популярную литературу, тем более полу-фантастической направленности некорректно, а сложившаяся казусная ситуация вокруг якобы эксклюзивного обнаружения обычным писателем Робертом Прегодой криопротекторных свойств у ксенона равносильна признанию авторства в изобретении всем известного на сегодня оптического лазера за классиком русской литературы Алексеем Николаевичем Толстым (1882—1945) с его литературным бестселлером «Гиперболоид инженера Гарина», где он, лазер, якобы впервые и упоминается. Что является полнейшим абсурдом как и в первом случае.

Таким образом, не являясь беспристрастным лицом, американский гражданин Сергей Шелег от имени Алькор намеренно исказил историю науки, относящуюся в том числе и к раннему советскому периоду первоначального поиска влияния благородных газов на биологические объекты, когда советские учёные с мировым именем Николай Васильевич Лазарев (1895—1974) и Борис Александрович Никитин (1906—1952) закладывали базис для всего этого направления [22] [26]. О том плодотворном времени для данного научного течения Шелег вообще не упоминает. Налицо явная инсинуация: его предпочтение политически мотивировано и ничего общего с реальными событиями не имеет. Но к сожалению, эта ложная интерпретация стала фигурировать в виде ссылок у других авторов, в том числе и российских, которые не удосужились перепроверить достоверность и авторитетность провокационного посыла.

Алькор в лице Шелега причастен также и к другой инсинуации, которую охотно подхватили и растиражировали те же самые как и в первом случае наши недобросовестные пользователи, необоснованно причисляя исследователей позднего советского периода Родина В.В. и Волкова В.Я. к пионерам уже российской клатратной криоконсервации. Несмотря на неоспоримые заслуги этих учёных в непосредственном изучении клатратообразования в биологических материалах, хорошо известно, что они вообще (!) не затрагивали в своих биологических опытах диапазон отрицательных температур, ограничиваясь только слабоположительными их значениями [20] [27]. — По всей видимости, многих поверхностных читателей, которые обычно никогда не углубляются в просматриваемый ими тот или иной научный труд, заинтриговало попавшееся им слово «замораживание», часто применяемое Родиным В.В в своих работах, и эти совершенно невнимательные толкователи чужих текстов тут же сделали свои собственные скоропалительные выводы об якобы использованных автором в своих экспериментах низких температурах. В действительности Родин Виктор Васильевич никогда не работал с низкими температурами применительно к клатратообразованию в биологических объектах, о чём всегда открыто признавал и неоднократно дословно писал: «Использованы для разработки альтернативного низкотемпературным воздействиям способа "замораживания" биосистем выше 0°С» [28].

Павел Щербаков в лаборатории

Павел Щербаков в лаборатории Кованова

В области отрицательных температур подобные исследования с гидратами газов до московской группы Кованова никем и никогда не проводились — прицельно, с целью привидения биологических объектов с их помощью к клатратной криоконсервации. Несмотря на понимание проблемы, никто из российских и зарубежных учёных не перешёл тогда к низкотемпературным экспериментированиям. У иных исследователей сформировалось устойчивое предубеждение, что если и станет когда-нибудь возможным применять при низких температурах криопротекторы нового типа, то только в паре с обычными.

Достижения

Библиография

  • Щербаков П.В., Тельпухов В.И., Хохлов А.В.
    Харьковское издание

    Харьковское издание

    Выбор скорости согревания организма после экспериментальной глубокой гипотермии // Экспериментальное и клиническое обоснование методов криомедицины: Сб. науч. тр. / Редкол.: Сандомирский Б.П. (отв. ред.) и др. / – Харьков; Институт проблем криобиологии и криомедицины АН УССР, 1988. – С. 160-164.

См. также

Примечания

  1. Клатратный анабиоз
  2. 2,0 2,1 2,2 Тельпухов В.И., Щербаков П.В. Клатратная криоконсервация // Вопросы реконструктивной и пластической хирургии. 2012. – Т. 15. – № 3(42). – С. 77-80.
  3. Щербаков П. В., Тельпухов В. И. Бессмертие под газом // Химия и жизнь. – 2006. – № 8. – С. 34-39.
  4. 4,0 4,1 Щербаков П. В., Тельпухов В. И., Николаев А. В. Способ криоконсервации органов и тканей in situ // Патент на изобретение / (19) RU(11) 2 268 590 C1 (51) МПК АО1Н 1/02 (2006.01).
  5. Шишова Н. В., Фесенко Е. Е. Перспективы использования газов и газовых гидратов в криоконсервации // Биофизика. – 2015. – Т. 60. – № 5. – С. 947-974.
  6. 6,0 6,1 Щербаков П.В., Тельпухов В.И., Хохлов А.В. Выбор скорости согревания организма после экспериментальной глубокой гипотермии // Экспериментальное и клиническое обоснование методов криомедицины: Сб. науч. тр. / Редкол.: Сандомирский Б.П. (отв. ред.) и др. / – Харьков; Институт проблем криобиологии и криомедицины АН УССР, 1988. – С. 160-164.
  7. 7,0 7,1 Щербаков, В.И. Тельпухов, А.В. Хохлов А.В. Обратимая глубокая гипотермия целостного организма крыс // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. – 1989. – Т. 107. – № 5. – С. 543-545.
  8. 8,0 8,1 8,2 Щербаков П.В. Крушение Цивилизации // Проза.ру
  9. 9,0 9,1 Sheleg Sergey, Hixon Hugh, Cohen Bruce et. al. Cardiac Mitochondrial Membrane Stability after Deep Hypothermia using a Xenon Clathrate Cryostasis Protocol — an Electron Microscopy Study // International Journal of Clinical and Experimental Pathology 2008, 1(5): p. 440-447.
  10. Фонд перспективных исследований: проведение семинара «Криоконсервация органов и тканей»
  11. Создание лаборатории криоконсервации и гипобиоза: реализуются два биомедицинских проекта, разрабатывающих технологии криоконсервации тканей и органов и искусственного гипобиоза целого организма
  12. Антарктический Союз
  13. Кованов Владимир Васильевич
  14. Губарев И. Цель — химический анабиоз, или вторая жизнь формалина [Интервью Кованова В.В.] // Наука и жизнь. – 1985. – № 7. – С. 49–53.
  15. Lyons G. W., Dietzman R.H., Lillehei R. C. On the mechanism of preservation with hypothermia and hyperbaric oxygen. Trans Amer Soc Artif Intern Organs, 1966, XII: 236.
  16. Rassat J.P., Haxne I.I. Evaluation of kidney preservation with the use hyperbaric oxygen. — British Journal of Surgery, 1967, v. 54, p. 361 – 368.
  17. Groenewald I.V., VanzybI I.W., Weber H.W., Murphy G.P. Comparison of perfusion and non-perfusion of preserved baboon kidneys with and without oxygen. — Trans Amer Soc Artif Intern Organs, 1969, v. 15, p. 220 – 224.
  18. Шумаков В.И., Штенгольд Е.Ш., Онищенко Н.А. Консервация органов. — Москва: Медицина, 1975. — 252 с.
  19. Pauling L. // A molecular theory of general anesthesia // Science. — 1961. — Vol. 134, N 3471. – P. 15—21.
  20. 20,0 20,1 Волков В.Я., Родин В.В., Исангалин Ф.Ш. Образование клатратов ксенона как метод иммобилизации молекул воды в клеточных суспензиях // Экспериментальный анабиоз: Тезисы докл. II Всесоюз. конф. по анабиозу. – Рига, 1984. – С. 51–52.
  21. Голдовский А.М. Анабиоз и его практическое значение. — Ленинград: Наука, 1986. — 169 с.
  22. 22,0 22,1 Лазарев Н. В. Биологическое действие газов под давлением. — Ленинград, 1941. — 935 с.
  23. Максимов Н. А. О вымерзании и холодостойкости растений. Экспериментальные и критические исследования // Изв. Лесн. ин-та. 1913. — Вып. 25. — С. 1-329.
  24. Prehoda Robert W., Suspended animation: the research possibility that may allow man to conquer the limiting chains of time // Chilton Book Company, Philadelphia, 1969, pp81-86.
  25. Врач-физиолог, доктор медицинских наук Тимофеев Николай Николаевич, специалист в области авиационной и космической медицины
  26. Никитин Б. А. / Исследования в области молекулярных соединений благородных газов // Избранные труды. — Москва; Ленинград: Издательство АН СССР, 1956. — 344 с.
  27. Родин В.В., Архангельский А.Н., Исангалин Ф.Ш., Волков В.Я. Получение клатратов ксенона в воде и исследование их свойств импульсным методом ЯМР. // Криобиология и криомедицина –1984. – Вып.14. – С. 8–11.
  28. Родин, Виктор Васильевич. Характеристика биотехнологических дисперсных систем методами магнитного резонанса : автореферат дис. ... доктора химических наук : 02.00.11, 02.00.06 / МГУ им. М. В. Ломоносова Москва, 1997 41 c. : 9 97-4/3954-5 9 97-4/3955-3

Литература

  • Лев Сафонкин. Анабиоз возможен: летим к звёздам // Мир зазеркалья. 2001. № 24 (97). С.10.
  • Георгий Леонов. В объятиях льда // Оракул. 2002. №11 (104) ноябрь. С.20.
  • Леонид Попов. Отморозки будущего // Алфавит. 2002. №30 (192) 25 – 31 июля. С.20.

Ссылки


Это основополагающая версия, написанная участниками этого проекта. Но содержимое этой страницы очень близкое по содержанию предоставлено для раздела Википедии на русском языке. Так же, как и в этом проекте, текст этой статьи, размещённый в Википедии, доступен на условиях CC-BY-SA . Статью, размещенную в Википедии можно найти по адресу: Пол Че — Павел Щербаков.


Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.